
Микола Грищенко переводит разговор из плоскости «как стимулировать» в плоскость «зачем» — предлагая смотреть на контролируемую стимуляцию яичников не как на изолированный инструмент, а как на часть общей стратегии ВРТ.
Отправная рамка — холистический подход. Цель программы эволюционировала: от частоты наступления беременности к кумулятивным родам, а сегодня — к рождению здорового ребёнка нужного семье числа детей, в разумные сроки, без осложнений и при оптимальных затратах. Два самых неприятных осложнения ДРТ — синдром гиперстимуляции и многоплодная беременность.
Стимуляция, по Грищенко, не существует в вакууме: на выбор влияют доступные технологии — заморозка, витрификация ооцитов, ПГТ, персонализированный перенос. Отсюда и её эволюция — от высокодозных протоколов с высокой частотой СГЯ к более сдержанным, антагонистическим и персонифицированным схемам.
Важный ориентир эффективности — плато примерно с 18–20 ооцитов на цикл: до этого больше ооцитов означает больше перспектив, как текущих, так и кумулятивных. Исходя из резерва, пациенток делят на три когорты — нормо-, гипер- и гипореспондеры, каждая со своей главной задачей (для гипер — избежать СГЯ, для гипо — не потерять время).
Для гипореспондеров особенно полезна стратификация POSEIDON, разделяющая пациенток с «плохими перспективами» по возрасту (до и после 35 лет) и по тому, ожидали ли мы слабый ответ заранее или столкнулись с ним уже в цикле.
Отдельная линия — фармакогеномика в реальной стимуляции. Грищенко приводит исследование 2025 года: генотипирование по рецептору ФСГ (FSHR N680S) и подбор препарата под вариант рецептора меняет частоту живорождения — 40% при персонифицированном подходе против 29% при неперсонифицированном.
На выбор протокола влияет множество факторов помимо профиля пациентки: сопутствующая патология (эндометриоз, аденомиоз, онкопричины), необходимость социального сохранения, культурные и религиозные рамки, приемлемость донации и хранения эмбрионов, а также системные ресурсы клиники и государства.
Докладчик разбирает два клинических сценария. При ограниченных ресурсах (ситуация НСЗУ) приоритет — оптимизация затрат, свежий перенос, майлд-стимуляция; при достаточных — оптимизация времени до результата, накопление и криоперенос, стратегия «one and done».
Поднимается и этическая тема «лишних» эмбрионов: ссылаясь на statement-paper Лоуренс и Ата, Грищенко предлагает вместо массового создания эмбрионов чаще замораживать ооциты — это гибче для семьи и снимает часть этических дилемм, но требует надёжной витрификации ооцитов в лаборатории.
Отдельно отмечены доступность ДРТ как глобальный тренд (проект Walking Egg — мобильная IVF-лаборатория для стран с ограниченными ресурсами) и роль ИИ, который уже сегодня в ряде задач превосходит стандартную клиническую практику за счёт объективности и работы с большим числом критериев. При этом ни одна адъювантная терапия не имеет уровня доказательности ESHRE/ASRM.
Итоговый призыв — мыслить не идеологией одного цикла, а стратегией построения семьи: от оценки профиля пары и её прежних стимуляций через выбор тактики и типа переноса к реализации и контролю, где помогают AI-дашборды. Успех — это семья нужного размера, сохранённое здоровье женщины и отсутствие этических дилемм с оставшимися эмбрионами.
Парадигма стимуляции сместилась от «больше клеток любой ценой» к персонализации и безопасности. Какие факторы реально определяют выбор протокола сегодня, как freeze-all и сегментация цикла изменили логику решений и где граница разумной индивидуализации.
Профессор, MD, PhD, руководитель Sona Academy (Sona Group); эксперт по репродуктивной медицине с фокусом на медицинском образовании и научной стратегии. Инициирует и ведёт образовательные и научные программы группы, включая Winter School of Reproductology и сателлитные научные события.
Автор лекции «Эволюция протоколов контролируемой стимуляции: факторы выбора и смена парадигм»